/

О фермерском хозяйстве Валентина Грицука в 90-е годы заговорили как о самом передовом и успешном частном сельхозпредприятии. Самого хозяина называли «фермером-миллионером». К началу двухтысячных у него было всё: птицефабрика, зарыбленные пруды, тепличное хозяйство, техника, ангары, производственные цеха и даже офис с вертолетной площадкой. Но после покушения в 2001 году Валентин передвигается в инвалидной коляске, созданная им «махина» хозяйства остановилась. А в марте этого года у него сгорел старый деревянный дом с остатками всего имущества, документами и деньгами. Теперь Валентин живет в гнилом строительном вагончике без электричества. Ему нужна помощь.

Фермер-погорелец

К хозяйству Валентина Грицука ведет широкая гравийная дорога. Справа видим четырехэтажное, на три подъезда, здание под металлической крышей. Чуть дальше, за озерцом — здание птицефермы. А за ней каркас огромной теплицы, еще дальше — пруд, ангары и еще теплицы. Дорога упирается в то, что осталось от деревянного дома — фундамент с обгоревшим пальцем дымохода. За ним — здание в 5 этажей. Над его крышей — огромный флюгер с именем Валентин. Владельца всей этой недвижимости мы находим неподалеку. Теперь он живет в прогнившем вагончике-подсобке. Стены, окна и потолок в нем совсем дырявые — в дождь на голову льется вода, от комаров спасу нет.

— Проходите, пожалуйста, я вас давно жду, — Валентин явно рад, что к нему заехали. — Может, документы нашлись?

Минский бизнесмен Эдуард Шелег, заместитель председателя республиканской конфедерации предпринимательства, член Ротари-клуба «Минск-Сити» несколько раз на неделе приезжает к Валентину Грицуку: бизнес-сообщество ищет возможность помочь ему возродить хозяйство.

Но сейчас в приоритете — создать человеческие условия для жизни. Поэтому в списке обязательных покупок, которые мы везем на хутор в Мядельском районе, — зеркало, пена для бритья, влажные салфетки и прочие гигиенические принадлежности. А еще продукты, которые не испортятся без холодильника. Его, собственно, нет — сгорел. Но если бы и был, то электричества все равно нет.

К Валентину обязательно заезжает автолавка. Приходит к нему и соцработник.

— Сейчас важно решить проблему с жильем. Подойдет на первое время и теплая бытовка, — говорит Эдуард. — Для этого попробуем использовать краудфандинговую площадку для сбора средств. Надеюсь, что откликнутся благотворительные организации. Думаю, в ближайшие дни решим вопрос с электричеством. Счетчик предоставил Энергосбыт, а ящик, кабель, вводные автоматы я куплю за собственные средства.

Валентин говорит, что в доме сгорело все — даже содержимое двух несгораемых сейфов. Фотографии, записи — все уничтожено. Единственный источник информации о мощи его хозяйства, или, как он сам его называет, «махины» — в его голове. Он прекрасно все помнит и может часами рассказывать о том, как заставить землю приносить прибыль.

«Махина» Грицука

Все фермерство начиналось с хутора в 20 соток среди болот и хмызняков. Тогда к фермерам по-другому относились: государство выделяло деньги на электрификацию, мелиорацию. И Валентин воспользовался такой возможностью — осушил болота, на их месте появилось пять глубоких прудов. Когда копали пруды, обнаружили залежи сапропелей — прекрасного природного удобрения, их вывезли на поля. Пруды зарыбили.

Свежая земля приносила отличные урожаи и прибыль. Потом на никому раньше не нужных землях появились высоковольтные столбы, трансформаторная подстанция, водонапорная башня. К хозяйству отсыпали широкую дорогу. Вскоре была построена птицефабрика на 41 тысячу голов кур-несушек.

Законсервированная птицефабрика

— К нашим машинам, когда мы приезжали в Минск с продукцией, всегда очередь стояла, — рассказывает Валентин.

Птицефабрика Грицука несла золотые яйца — в хозяйстве появились собственные, не кредитные деньги. Но со строительством дома для своей семьи он не торопился — у него всегда были грандиозные планы. Например, гостиничный комплекс, цеха по переработке мяса и овощей, зимние теплицы. В подвальных помещениях была задумка выращивать шампиньоны и вешенки. Планировалось производить бутилированную воду.

Валентин старался повторить лучший зарубежный опыт, постоянно открывал все новые направления. Любой рубль прибыли вкладывался в развитие, одновременно строились сразу несколько объектов. Чтобы ни от кого не зависеть, Грицук строит свой растворно-бетонный узел, появляются ангары для хранения техники, мастерские.

Потом пришла идея зимних теплиц — выращивать овощи и цветы круглый год. Металлические каркасы для них доставлялись вагонами по железной дороге. Ближайшая железнодорожная станция находится в Поставах, от нее конструкции везли на машинах.

— Не везде фура могла пройти под проводами, поэтому я палкой их приподнимал. Так и доставили.

Ангар для хранения техники

Сам фермер продолжал жить в деревянной времянке, строительство собственного дома ушло на задний план. Центром всего хозяйства должно было стать многоцелевое здание, которое стало бы и офисом, и домом. В нем же планировалась столовая. На втором этаже — конференц-зал, на третьем — гостиница. А еще ночной кафе-бар, плавательный бассейн, сауна в подвальном этаже.

Здание интересно еще и тем, что на крыше есть настоящая вертолетная площадка — на нее один раз посадили двухместный вертолет.

— В те годы на Нарочь было не пробиться — желающих отдохнуть было больше, чем мест, где остановиться. Мне в правительстве посоветовали создать что-то для туристов. Вот я и построил гостиницу на 400 мест. Но когда производство стало расширяться, стало понятно, что здесь, на территории, такое количество людей нежелательно, и от идеи с туристами отказался, перегородки внутри снесли, переделали здание под производство. Мансардный этаж был оборудован как сушилка для лекарственных трав. Подвал — под выращивание шампиньонов и вешенок. У меня была и своя пасека на 100 ульев. Мед — чистейший, Минздрав его скупал для фармацевтического производства.

В 2001 году набравшая обороты «махина» остановилась. На Грицука нападают в его же доме: бьют молотком, ногами, до полусмерти. Он выжил, но остался инвалидом.

— Восстановиться мне помог целитель Николай Озеров. Он жил и работал у меня на территории, построил «Храм здоровья». Это был человек с мощнейшей энергетикой, к нему приезжали лечиться со всего мира. Здесь проводились конференции и семинары, у него работали сразу несколько помощников.

«Храм здоровья». Целитель умер в 2013 году

Так как всеми процессами в хозяйстве руководил только Валентин, в его отсутствие все начало рушиться.

— Я пробовал искать управляющего, но достойных не встретил. Уезжаешь в Минск — а здесь уже порядка нет.

С тех пор он так и жил один, в инвалидной коляске на своей земле.

«Главное, чтобы земля не пропала»

Пожар произошел в начале марта 2018 года поздно вечером. Валентин объясняет, что сам вышел из дома: показалось, что кто-то ходит по территории, пошел посмотреть. В это время вспыхнул газовый обогреватель. Пока Валентин на коляске по сугробам добрался до дома, огонь разошелся — огнетушитель уже не помог. Пожарных вызвать не смог — телефоны остались в доме. Потом рванули друг за другом газовые баллоны.

Сейф. В нем сгорели документы и сбережения фермера

Первое время после пожара он жил у бывшей жены в Нарочи.

— Мы с ней развелись еще в 1997 году. Почему? Я всецело посвятил себя созданию хозяйства. А условий для жизни семьи не сделал. Дети малые были еще, им в школу ходить, ей на работу… Жена — прекрасный и душевный человек, но мы с ней разные люди. После пожара она меня у себя приютила. Но у нее квартира на втором этаже, маленькая. И в инвалидном кресле чувствуешь себя как в клетке, ведь выйти на улицу очень трудно. Поэтому как потеплело — переехал назад на хозяйство, в старый вагончик. Приезжали из райисполкома, предложили переехать в социальное жилье. Я написал заявление, что отказываюсь. Поймите, это хозяйство — моя мечта, моя жизнь. Я душу вкладывал в него. Как я могу его оставить?

Остатки техники. Был еще КамАЗ — растворился

— Как только я отлучаюсь, здесь начинается настоящий грабеж. Пока меня не было здесь, срезали насос в колодце, снесли инструменты. Думали, что я уже не вернусь, поэтому приезжали даже на машинах с прицепами. Меня увидят — и разворачиваются. Теперь успокоились.

У Валентина двое взрослых детей, живут в Минске, в гости приезжают редко. Сын заниматься фермерским хозяйством не захотел.

«Землю никто не забирает»

Продавать хозяйство Валентин не хочет, надеется снова все наладить. Но за столько лет он не смог найти инвестора, которой бы предложил приемлемые условия. Своих сбережений у него не осталось, земли не обрабатываются, а это в конечном итоге может привести к тому, что государство их изымет: в 2011 году пахотные земли уже забирали. Тогда фермер смог отстоять их: попал на прием к губернатору Минской области Борису Батуре и тот отменил решение Мядельского исполкома. С тех пор мало что изменилось, инвестора Валентин не нашел, земля зарастает бурьяном.

— Я готов предоставить свои поля другим хозяйствам в аренду — пусть сажают, косят, забирают урожай безвозмездно, пусть зарабатывают деньги. Главное, чтобы земля работала, не пустовала. Найдем инвестора — хозяйство снова заработает.

В Мядельском райисполкоме о ситуации с фермерским хозяйством Грицука хорошо осведомлены, но об изъятии земли речь пока не идет.

— По закону землю давно нужно было забрать и отдать другому хозяйству, — говорит Александр Чернявский, начальник землеустроительной службы Мядельского исполнительного комитета. — С 2010 Валентин Грицук не предоставляет налоговую отчетность, с 2015 года не платит налоги. Сейчас его земли зарастают сорняком, последние года два там ничего не делалось. Но мы пошли ему навстречу, и в ближайшее время у него ничего изымать не будем. Тем более что он пообещал, что до осени ситуация изменится. Главное, чтобы земля использовалась, платились налоги. Мы только рады будем, если фермерское хозяйство возродится. Но если ситуация не изменится, мы будем поступать по закону.

Заместитель председателя Мядельского райисполком Инна Бариева говорит, что фермера-погорельца местные власти один на один с его проблемами не оставили. Он получил материальную помощь, новую инвалидную коляску, гуманитарную помощь Красного Креста, за ним ухаживает соцработник.

— Предлагалось ему и проживание в одном из социальных учреждений, но он отказался, — говорит Инна Бариева. — Да, он живет в очень плохих условиях, но он здравомыслящий человек и может уехать в социальное или медицинское учреждение. Для охраны хозяйства можно и сторожа нанять. Но решать ему.

Заместитель председателя райисполкома считает, что Валентину Грицуку нужно помочь не только с решением бытовых проблем. Чтобы фермерское хозяйство заработало, нужен бизнес-план и инвестор, который согласится закатать рукава и работать.

Эдуард Шелег также считает, что возродить хозяйство можно. Но его владельцу в одиночку не справиться. Валентину нужно понять, что у инвестора могут быть свои планы по развитию и определенные условия работы. При этом он будет оставаться хозяином своей земли.

От редакции. Для минимальных бытовых условий Валентину Грицуку сейчас нужна бытовка или вагон на колесах, мужская одежда на рост 180 см, обувь 44−45 размера, б/у техника. Если у кого-то из читателей есть желание помочь — пишите на почту редакции stroika@tutby.com.

-50%
-15%
-50%
-25%
-50%
-50%
-20%
-20%
-10%
-55%