• ЦЕНА НА КВАРТИРЫ

Офтоп


/

От богатого наследства минувших веков нам досталось не много: камни и кирпичи замков, чудом уцелевшие стены дворцов да спрятанные в глуши ветшающие имения и фольварки. Лишь немногие из них получили шанс на возрождение. Большинство же старинных усадеб — а их у нас не одна сотня, — скорее всего, просто исчезнут. Государство не имеет возможности их восстанавливать, да и частные инвесторы не спешат их покупать. Даже за одну базовую величину. Мы выясняли почему.

По минимально возможной цене продаются усадьбы, практически пришедшие в негодность. Объекты, которые чисто внешне сохранились лучше, продаются в среднем за 30−100 тысяч долларов. Однако очереди из желающих прикупить себе имение нет. Дело в том, что восстановить даже не самой худшей сохранности усадьбу под силу лишь инвестору с очень тугим кошельком. А таких у нас гораздо меньше, чем имений.

На фото — Александр Варикиш

— Большинство наших усадеб находится в глуши, и если в советское время они еще несли какую-то функцию — были местными школами, больницами, клубами, — то теперь это просто живописные развалины, — рассказывает о положении дел со старинными строениями Александр Варикиш, директор фонда «Страна Замков». — Сельская местность вымирает, все приходит в запустение. Школы, магазины закрываются, они здесь уже никому не нужны. Старинные строения постепенно разрушаются. И это явление не сегодняшнего дня, об этой проблеме заговорили давно.

Сначала их попробовали продавать местные администрации как «неликвиды». Лет десять назад это было проще сделать, райисполкомы имели право сами их продавать. Сейчас ситуация поменялась, продажа возможна только через аукционы, которые проводят областные фонды Госкомитета по имуществу.

Имение Краски. Фото: Герман Сачук, TUT.BY

Вероятно, в какой-то период власти решили, что на этом можно неплохо заработать — было несколько оптимистичных результатов, когда усадьбы ушли с аукциона по хорошей цене. Например, россиянину из Салехарда продали имение Краски с земельным наделом 8 гектар за 100 тысяч долларов. Это, конечно, окрылило местный райисполком, так как для района это серьезные деньги. Они закрепили успех, продав еще одну усадьбу рядом, в деревне Подороск. Ее выкупил бизнесмен Павел Подкорытов за 120 тысяч.

Усадьба в деревне Подороск

— Теперь же инвесторов, готовых покупать, совсем немного, а на аукционах мы видим заметно завышенные цены, — говорит Александр Варикиш. — Но даже продажа — далеко не всегда залог того, что инвестор справится с условиями аукциона. Например, один инвестор три года назад выкупил дворец Пляттеров в Опсе (Витебская область) на берегу озера. Планировалось, что там будет шикарная гостиница, большой туристический комплекс. Но там ничего так и не сделано — кризис.

Проект реконструкции усадьбы в Опсе. Фото REALT.BY

Объекты, на которых идут восстановительные работы и которые, скорее всего, будут доведены до логического завершения, можно пересчитать по пальцам. Например, идет реставрация усадьбы в Лынтупах. Но гораздо чаще мы видим лишь проблемы: дворец Радзивиллов в Полонечке сначала продали, а потом выяснилось, что у инвестора денег нет… Теперь ищут нового покупателя. Есть трудности с восстановлением усадеб Ястрембель и Павлиново под Барановичами.

Усадьба Бохвицев. Фото: Станислав Коршунов

— Интересный частный инвестор появился у усадьбы Бохвицев во Флерьяново (Брестская область) — им стал 80-летний пенсионер. Восстанавливает он объект за половину своей пенсии. Сами понимаете, как быстро все там строится.

Получается, что даже если в ближайшее время более-менее сохранившиеся усадьбы будут раскуплены, никто не даст гарантию, что они будут восстановлены.

Дворец Умястовских до пожара. Фото: Сергей Плыткевич

Самый грустный пример — это дворец Умястовских в Жемыславле (Ивьевский район). Его уже дважды продавали. Сначала его сбыл колхоз за 7 тысяч долларов. Владелец уже даже начал стройматериалы завозить, но тут приехал Госконтроль, сделку признал недействительной, всем раздал штрафы. А в 2012 году во дворце случился пожар, часть крыши сгорела. Теперь внутрь попадает вода, остатки аутентичной отделки быстро исчезают.

В позапрошлом году дворец опять выставили на аукцион и вроде как продали некоему иорданцу за 160 тысяч рублей (деноминированных). Но потом все затихло, иорданца след простыл, а уникальный объект, копия королевского замка в Лазенках, разрушается. Теперь его опять собираются выставлять на аукцион, правда, какой будет новая цена, пока не известно.

Усадьба в д. Бенюны. Фото: Стас Журавлевич, Realty.tut.by

И все же удачные примеры покупки и последующего воосстановления есть. Один из показательных примеров — возрождение усадьбы Карчевских в Бенюнах, недалеко от Гольшан. В 2007 году ее продали минскому бизнесмену Юрию Кармановичу. Тогда был аукцион на понижение, инвестор выкупил имение за 12 тысяч долларов, почти в два раза дешевле заявленной стоимости.

Фото: Стас Журавлевич, Realty.tut.by

Год постройки усадьбы — 1828-й. Она принадлежала роду Карчевских. Дом стоял на высоком каменном фундаменте. В подвале в трех просторных залах располагались пекарня, сыроварня и пивоварня. Главный вход был расположен не на длинной стороне дома, а в южном торце и вел на второй жилой этаж. Главный вход украшал деревянный портик на четырех стройных деревянных пилонах, увенчанных треугольным фронтоном с полукруглым окном. Второй этаж был сделан из дерева. Там было десять больших комнат в виде анфилад и несколько маленьких. Середину дома занимали два салона: один с восточной стороны, другой — с западной. К ним с севера прилегали кабинет и столовая.

Фото: Стас Журавлевич, Realty.tut.by
Фото: Стас Журавлевич, Realty.tut.by
Фото: Стас Журавлевич, Realty.tut.by

С 20-х годов до прихода Красной Армии в 1939 г. в усадьбе работал льноперерабатывающий завод. Последним владельцем усадьбы и 243 гектаров был Генрих Карчевский. Все его имущество было национализировано. Известно также, что сына уже бывшего владельца усадьбы расстреляли в Ошмянах в тюрьме НКВД 22 июня 1941 г.

А после войны и до 1993 года здесь была школа. Потом начался неминуемый период запустения.

Фото: Стас Журавлевич, Realty.tut.by

Современный владелец быстро приступил к ремонту здания: перебрал деревянную часть, заменил гнилые венцы. Перекрыл крышу фальцевой кровлей, восстановил колонны на входе, сделал отопление, канализацию, водопровод. На сегодняшний день внутри уже закончена отделка. В этом году еще предстоят ландшафтные работы.

По словам нового владельца, официальная презентация будет уже в сентябре. Планируется, что усадьба станет своеобразным культурным центром. Здесь будут проводиться музыкальные вечера, творческие встречи, художественные выставки, различные выездные культурные мероприятия. На территории также планируется создание парка технологий экологической жизни. Сейчас под эти планы готовятся документы, разрешения.

Как пример успешного действующего туристического предприятия Александр Варикиш называет имение Ленских в деревне Суле. От усадьбы остались только фундаменты, но инвестору достались монументальные хозяйственные постройки. Их восстановили, и теперь здесь «парк-музей интерактивной истории» .

Усадьба Немцевичей, д. Скоки. Фото brest.biz

Есть также удачные госпроекты по реставрации — усадьба Немцевичей в деревне Скоки. Идет активное восстановление усадьбы Гатовского в деревне Красный Берег и усадьбы Булгаков в Жиличах.

Усадьба Гатовского

Александр Варикиш считает, что во сколько бы ни обошлись покупка и реставрация, главный вопрос, который должен задать себе покупатель усадьбы: что я с этим приобретением буду делать? Ведь спасти усадьбу от разрушения — это не самоцель. Если она находится в стороне от основных туристических маршрутов, то поедут ли туристы, можно ли будет здесь заработать?

Усадьба Булгаков, д. Жиличи. Фото bobr.by

— Какие функции возлагаются на усадьбу, прописывается в условиях продажи, — объясняет Александр Варикиш. — Обычно, если она продавалась с аукциона и за большие деньги, то от владельца требуют восстановления исторического вида объекта. С другой стороны, многие усадьбы не имеют охранного статуса. При реставрации дома в Бенюнах, например, собственник мог старинный брус заменить на новый, сделать там фабрику, полностью поменять внешний вид, и никто бы ему и слова не сказал.

Если у объекта есть охранный статус, это значит, что будет назначен руководитель объекта от управления по охране памятников, с которым все изменения нужно согласовывать. Но, как показывает практика, ничего страшного для инвестора в этом нет.

К сожалению, при большом желании местных властей что-то продать у нас до сих пор нет единого перечня объектов на продажу. Найти информацию о стоимости интересующей усадьбы или дворца не так-то просто. Александр Варикиш говорит, что здесь установился другой порядок: если инвестора заинтересовал некий объект, то только тогда под него готовятся документы и организуется аукцион.

«Хоць казіно, гатэль, бардэль — без функцыі помнік жыць не будзе»

Председатель добровольного общества охраны памятников истории и культуры Антон Астапович говорит, что состояние наших усадеб ужасное, и в том, что они попадают в частные руки, нет ничего плохого:

— Варта паглядзець, што ў тым жа Жамыслаўі робіцца, Раванiчах… Гэта самыя яскравыя прыклады, як помнікі архітэктуры давялі да катастрафічнага стану. І такая сітуацыя амаль па ўсёй Беларусі. Добра, што мясцовыя ўлады актыўна сталі выстаўляць на аўкцыёны тыя сядзібы, што захаваліся. На жаль, не ўсе, бо многія з іх не маюць дакументаў: тэхпашпарта, пасведчання на рэгістрацыю маёмасці. Былі такія выпадкі, што ў інвестара было жаданне прыдбаць сядзібу, але дакументы на яе не маглі доўга зрабіць.

Тое, што некаторыя аб’екты папалі ў прыватныя рукі - у гэтым няма праблемы: рэстаўрацыя ідзе пакуль што без парушэнняў. Важнае тое, што за іх узяліся. А што ў іх будзе, якую функцыю яны будуць выконваць — гэта справа дзясятая. Я заўсёды кажу: хоць казіно, гатэль, бардэль — без функцыі помнік жыць не будзе.

Ёсць шэраг праблем, чаму маёнткі і сядзібы не прадаюцца. Першае — няма пакупніка з грашыма. Ахвочых няма яшчэ і таму, што на тэрыторыі некаторых сядзіб вясковыя людзі разбілі свае агароды, паставілі хлявы ў прыцірку да іх сцен. Як пакупніку аднаўляць палац, калі пад носам хлявы са свіннямі? Ці, напрыклад, у нас ва ўласнасць можна аформіць не больш як 25 сотак зямлі, а сядзібны комплекс, з паркамі, можа займаць і 6 гектараў, і 10. Без гэтага навакольнага асяроддзя сядзіба не ўяўляецца. Як з гэтай зямлёй быць? Яе прапануюць у арэнду, нават на 99 год. Але гэту зямлю ў любы момант могуць адабраць пад дзяржаўныя патрэбы.

Павінна быць дакладна сфармулявана палітыка ў гэтай галіне. Патрэбна рэальная праграма, якая можа быць выканана. Гаварыць пра захоўванне нейкай адной сядзібы без добрай прававой сістэмы нельга. Так, патрэбна іх ратаваць, выстаўляць на аўкцыёны. Але ніхто дагэтуль не ставіў пытанне аб рэстытуцыі - некалі ж гэтыя сядзібы мелі ўласнікаў, у якіх камуністы незаконна іх адабралі. Згодна рэстытуцыі, зразумела, мала хто з нашчадкаў былых гаспадароў сюды паедзе, улічваючы, да якога скоцкага стану гэтыя сядзібы даведзены. Але такі маральны крок трэба зрабіць. А потым ужо думаць пра аўкцыёны. Трэба пачынаць з самых падмуркаў.

Нужные услуги в нужный момент
-20%
-50%
-30%
-10%
-10%
-15%
-50%
-10%
-50%
-40%