170 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. «Жена разбудила и говорит: «Слушай, ты уже не подполковник». Поговорили с лишенными званий экс-силовиками
  2. Позывной «Птица». Удивительная история разведчицы Базановой, которая создала в оккупированном Бресте свою резидентуру
  3. 22 года назад пропал бывший глава МВД и оппозиционный политик Юрий Захаренко
  4. «1700 рублей, СМС о зачислении пришло ночью». Какие выплаты в этом году к 9 Мая получают ветераны
  5. Нацбанк не аттестовал двух топ-менеджеров Альфа-Банка, в том числе председателя правления. Что говорят в банке
  6. «Хочу проехать по тем местам». Актер Алексей Кравченко — об «Иди и смотри» и съемках в Беларуси
  7. Инфекционист — о поставках в Беларусь вакцины от Pfizer и BioNTech и реакциях на прививку от COVID-19
  8. Лукашенко пообещал «ягодки» по «делу о госперевороте» и вспомнил «убийства друзей-президентов»
  9. Лукашенко о заявлении на него в прокуратуру Германии: Не наследникам фашизма меня судить
  10. Участвовавший в испытании «Спутника V» минчанин спустя полгода проверил, что ему вкололи
  11. Нарколог рассказала, почему стоит обращать внимание на состав алкоголя
  12. Соседние страны выявляют все больше контрабандных белорусских сигарет. Какие партии были самыми крупными?
  13. Бабарико, Тихановская и Цепкало о том, как для них началась избирательная кампания в прошлом году
  14. Эксперт рассказал, что можно посадить в длинные выходные, а что еще рано сажать
  15. «Когда войну ведут те, кто уже проиграл». Чалый объясняет «красные линии» и угрозы Лукашенко
  16. «Он меня слышит, реагирует на голос». Что сейчас с Ромой, который вынес из огня брата
  17. Властям в апреле удалось пополнить резервы валютой. Белорусы отвернулись от доллара?
  18. Как белорусские сигареты оказываются в опломбированных вагонах с удобрениями? Попытались найти ответ
  19. Год назад стартовала, возможно, главная избирательная кампания независимой Беларуси. Как это было
  20. До +26°С! Прогноз погоды на длинные выходные
  21. Колючая проволока и бронетранспортер. Каким получился «Забег отважных» в парке Победы
  22. «Поняли, у собаки непростая судьба». Минчане искали брошенному псу дом и узнали, что он знаменит
  23. Белгидромет предупредил о заморозках в ночь на 9 мая
  24. «Вы звоните в такое горячее время». Так получат ветераны ВОВ единовременные выплаты к 9 Мая или нет?
  25. Ведущий химиотерапевт — о причинах рака у белорусов, влиянии ковида и о том, сколько фруктов есть в день
  26. Минтруда: ветераны получат единовременные выплаты до 9 мая
  27. Эксперт рассказал, что можно сажать рядом с помидорами, а что — нельзя
  28. Главный скандал «фигурки»: россияне выиграли золото Игр, но через 5 дней его вручили и канадцам. Как так?
  29. Lada Vesta больше не лидер продаж, Rapid тоже нашли замену: какие машины сейчас покупают белорусы
  30. Сколько людей пришло в ТЦ «Экспобел», где бесплатно вакцинируют от коронавируса


/ /

«Знаете, я вас обманул: дом не 1907 года, — с порога озадачил Олег Георгиевич и лукаво прищурил глаз — ждал реакции. Правда, не вытерпел, быстро сдался. — А 1903! Вчера разбирал документы и увидел, что дом еще старше, чем я себе представлял — 113 лет!» Олег Механиков живет в переулке Самарский (в районе железнодорожного вокзала и старой Могилевской улицы. — Прим. TUT.BY) «всю жизнь» и хорошо помнит прабабушку Екатерину Антоновну Бездель. Она же и первая хозяйка дома, где до сих пор живут ее наследники уже в пятом поколении.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

Именно сюда, в переулок Самарский, после войны шли открытые письма от друзей и родных. На лицевой стороне письма — неизменный атрибут в виде достопримечательности города, из которого оно отправлено.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY
Одна из открыток — с храмом на Золотой Горке в Минске

Фото: TUT.BY

Фото: TUT.BY

Фото: TUT.BY

Фото: TUT.BY

— Вот это письмо из Парижа, эти из Нарвы, Риги, Вильни, — перекладывает открытки Олег Георгиевич. От времени они потемнели, уголки потрепались и стали совсем мягкими, но выпускать из рук раритеты не хочется — глаза так и цепляются за строки из прошлого. — Надо бы очки, а то не пойму, что здесь написано.

И правда, разобрать, что написано мелким почерком, трудновато и с хорошим зрением. Читаем: «Дорогой Вася, ты не пишешь, и я ничего о тебе не знаю…»

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

— Вот не знаю, кто этот Вася, — крутит в руках открытку Олег Георгиевич. — И спросить уже не у кого. Этот архив остался от прабабушки Кати и бабушки Веры Адамовны. Альбомы нашел на чердаке уже после смерти бабушки и сначала даже не понимал, какой уникальный семейный архив сохранился. Здесь и фотографии, и письма, и открытки. А спросить, кто и где, — уже не у кого.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

Олег Георгиевич берет еще одну открытку, оправленную из Нарвы, читает: «Здравствуйте друзья Олег, Верочка и т. Катя. Поздравляем Вас с днем 4-й годовщины Освобождения Беларуси…».

Фото: TUT.BY

— Деда Костю, мужа бабушки Веры Адамовны, в этой открытке даже не вспоминают, — замечает Олег Георгиевич. — Он всю войну прошел, два раза в танке горел — поэтому и лысый был, как колено, хоть и молодой еще — а пришел с фронта и бросил бабушку. Тогда же девушек много было, видать, соблазнился. После этого о нем старались не вспоминать, и лишь отец поддерживал с ним контакт, рассказывал, что у того новая семья в домах на Машерова. Может, и сейчас еще жив дед Костя, не знаю. А бабушка Вера Адамовна прожила 87 лет и умерла, скорее, по глупости, а не по возрасту. Такая шустрая в свои годы была! Наверное, сказывается работа воспитателем в детском саду, что был в районе вокзала.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY
Вера Адамовна с детьми на утреннике в детском саду

И правда, на снимках Вера Адамовна в основном с детьми: то на утреннике пляшут под портретом Ильича, то на выезде в каком-то из пригородных лагерей.
— Она в свои 87 еще брала сумку от противогаза и по лестнице лазила на яблоню, рвала яблоки, спускалась и в ящик складывала. Вот и подвернула ногу. Врачи сказали, что в таком возрасте сустав не срастется, и посоветовали положить ее на вытяжку. Мы, наверное сглупили, что послушали врачей — бабушка без движения быстро зачахла. А могла бы еще и пожить.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

У Олега Георгиевича на память осталось два старинных альбома, где хранятся снимки предков, сделанные в начале 20 века. По ним можно судить, как много на то время было дагерротипных мастерских.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

— Мои прабабушки, видно, не только любили фотографироваться, но и деньги на это имели, — смеется Олег Георгиевич, перелистывая альбом. — По тем временам фотография была делом затратным, но качественным. Посмотрите на этот снимок, его можно еще с полчаса рассматривать и с обратной стороны. Зачитывает: «Фотография И. Метора, Губернская улица, Минск.»

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

Есть в альбоме снимки авторства братьев Берманов с улицы Захарьевской, у которых в свое время фотографировался Якуб Колас, и других популярных фотографов, в частности Миранского, Гатовского.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

После войны Механиковы фотографировались заметно меньше. Большая часть снимков — бабушка Вера Адамовна со своими подопечными в детском саду. Есть совместный портрет Олега Георгиевича с отцом, который работал клёпочником на авиаремонтном заводе.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY
Олег Георгиевич со своим отцом Георгием Константиновичем Механиковым.

— Отец тогда зарабатывал 140 рублей в месяц и, поднакопив, купил мотоцикл за 1400 рублей. Вот было событие! Все знакомые и друзья приходили к нам семьями, чтобы сфотографироваться у этого мотоцикла. Вот и здесь, на снимке, стоит возле дома мотоцикл, рядом бабушка и семья друзей. Нет-нет, это не мы с отцом, точно! — крутит в руках фотографию Олег Георгиевич. Такой вот совместной семейной фотографии, где были бы все, наверное, и нету. И фотографии дома, каким он был раньше, тоже нет.
Олег Георгиевич говорит извиняющимся тоном, чувствуется, что сожалеет — в 2002 году ему пришлось-таки обложить дом кирпичом.

Фото: TUT.BY

— Всего-то и осталось оригинального, что наличники, брус внутри да стена-мазанка. В 80-е годы нас собирались снести аккурат к Олимпийским играм. Большую часть домов по старой Могилевской, как и обещали, снесли. А четыре наших дома оставили. И строить ничего нельзя было. Говорили, что вот-вот снесем — и так каждые два года. Теперь вроде и трогать перестали по этому вопросу. Но как мы живем? За сто лет существования дома в нем только этот кирпич и появился, но ни канализации, ни газа, ни отопления у нас до сих пор нет — не разрешали строить. Вот тебе и центр города, вот тебе и двадцать первый век…

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

Несмотря на неудобства, Олег Георгиевич не унывает и потихонечку обустраивает дом. Печку топит «дровами, выращенными в саду».

— Вот яблоню ураганом повалило, и я ее на дрова попилил, — показывает на уложенные кругляши дров хозяин. — Еще брикет заказываю.
Как сложится судьба этого векового дома дальше, Олег Георгиевич не знает, и не загадывает. Участок-то большой, почти четырнадцать соток, можно было бы еще один дом построить.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

— Если бы можно было строиться, — мечтательно говорит хозяин. — А так пока рад и тому, что есть. Раньше даже кроликов разводили, но теперь из всего хозяйства только куры остались, и те вредные, поэтому сидят за изгородью. Зато много места для дочки: и батут поставить в саду можно, и бассейн надувной.

— Лена, ты ежевику будешь? — напомнила о себе Вера — дочка Олега Георгиевича — и протянула на ладошке ягоды. — Вкусные, да? Сейчас еще принесу…

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

Вера — пятое поколение в семье Механиковых, коренных минчан, которые выросли в этом вековом доме. Она еще в том чудесном возрасте, когда можно без умолку говорить обо всем, когда новый человек — сразу друг, который может посадить на мотоцикл и дать померить шлем, когда папа — центр вселенной. И глядя на Веру, такую улыбчивую и непосредственную, хочется верить, что когда-нибудь она возьмет один из альбомов, достанет пожелтевший снимок и скажет: «А вот это - моя прапрабабушка, мне о ней папа рассказывал…».

-10%
-33%
-15%
-15%
-41%
-35%
реклама