Новости
От застройщика
Строительство
Аренда
Деньги
Интерьер, дизайн, ремонт
Офтоп
Сервисы
Каталог компаний
Кредиты на жильё
Вопрос-ответ
Форумы
реклама
реклама
реклама

Экспертиза


Наталья Литовская, Фото: Дмитрий Брушко,

Елена Михайловна Крылович сейчас на пенсии. Живет в квартире — половине дома — по улице Мира в деревне Заболотье. Дом принадлежит агрокомбинату Дзержинский — наследнику сельхозпредприятия, в котором она когда-то работала. Дом 1981 года постройки давно требует капитального ремонта. Но вкладывать в не свое кажется неразумным — еще в 2006-м женщина впервые попробовала выкупить это жилье. Собственно тогда и началась эпопея, конца которой не видно.

— Вот, смотрите, кирпичи положены на песок, цемент сэкономили, — показывает Елена Михайловна. — А фундамент укрепляли, делали отмостку, дом уходит в землю. По стенам трещины, в прихожей вообще сквозная…

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Под ногами крутятся коты, ласково заглядывает хозяйке в глаза коза, скулят подброшенные щенки — у них пора обеда. «Ну не могу же я их выкинуть, ночами уже мороз» — смущается Елена Михайловна.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

В доме тепло.

— Поменяли всю систему отопления, окна, — говорит хозяйка. — Дети помогли. Котел купили…

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Елена Михайловна показывает пухлую папку — за годы переписки и хождения по судам набралось немало документов. Но вкратце история такова: дом выделили в 1991 году. В 2006-м людям, которые жили в «домах от колхоза», сказали, что можно дома выкупить. Некоторым удалось это сделать без задержек и волокиты. Елена Михайловна тоже написала заявление, что согласна выкупить дом. Но потом выяснилось, что нет техпаспортов, что непонятно, как делать оценку. Техпаспорт сделала за свой счет.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

—  В хозяйстве то того не оказывалось документа, то этого. Так и дотянули до 2010-го, — говорит Елена Михайловна. — А в 2010-м агрокомбинат зачем-то еще раз разрешил выкупить дом, собрал новые заявления (хотя я на своем написала, что заявление повторное), принял новые локальные акты (ухудшающие положение людей при выкупе).

Тут надо отметить, что агрокомбинат считается не государственным, а ОАО, хотя более 95 процентов акций — у Минского облисполкома. На заседании наблюдательного совета решался вопрос о продаже нескольких десятков домов людям, которые в них живут. Про дом Елены Михайловны сказано — дом требует укрепления фундамента, трещина в перекрытии потолка. Жилье не служебное, построено хозспособом. Сказано, что сама Елена Михайловна работала в хозяйстве, и муж ее тоже, электрогазосварщиком, «до 1997 года, умер на рабочем месте».

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Тогда правление приняло решение — разрешить продать 22 дома, в том числе и дом Крылович. По цене, которую выставит БТИ, и которая окажется выше: остаточной или оценочной. «Стоимость погашается в течение года равными долями без индексации и процентов с момента заключения договора».

Казалось бы — прекрасно, разрешили выкупить. Но сумма вкупе со сроками оказалась для Елены Михайловны неподъемной. Пока женщина искала варианты изменить оценку, собирались документы, пока делалась очередная оценка дома, в доме поменяли систему отопления, газовый котел и окна. Хотя еще в 2008 году в очередном письме к ОАО указывали на то, что дом требует капитального ремонта. Стоимость этих улучшений оценщики… приплюсовали к цене дома. Последняя оценка — дом стоит 156 миллионов рублей. Которые нужно отдать в течение года.

— У меня пенсия два миллиона, это 24 миллиона в год. Сын и дочка живут отдельно, даже не в моей деревне, у семьи дочки доходы невысокие, они только построилась и кредит выплачивают, сын дом строит, все туда уходит — накоплений ни у кого нет, — разводит руками Елена Михайловна. — Я ходила в банк, там сказали, что могут дать в кредит только треть от суммы… Я просила агрокомбинат — дайте рассрочку на 10 лет без индексации стоимости — по таким же правилам в государственных колхозах можно жилье выкупать, такие правила действовали в 2006-м, пока наблюдательный совет другие не принял. Но мне в агрокомбинате «Дзержинский» сказали — есть решение правления от 2010-го, и все.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Дочь Елены Михайловны, Ольга, представляет мать в судах, где они пытаются отсудить право на рассрочку и обжаловать цену, которую насчитали в год строительства дома.

—  В инвентарном деле дома в БТИ есть справка, указывающая на первоначальную стоимость дома, совершенно отличную от стоимости предоставляемой ОАО, — настаивает Елена Михайловна

Пока суды на стороне агрокомбината.

Елена Михайловна рассматривает провисший потолок:

— Там нет досок, на лаги фанеру прибили, стружкой засыпали, крыша подтекает — все провисло… Крышу нужно менять, мы бы на нее наскребли бы всей семьей да сами перекрыли. Да стены бы в порядок привели. Но чтобы выкупить дом, нужно провести новую оценку — и стоимость наших работ автоматически увеличит цену выкупа. Замкнутый круг.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

С 2016-го, опасается женщина, дом станет арендным. И придется еще платить за проживание.

К чести агрокомбината следует сказать: никто ни разу не заикался о выселении. Правда, предложили заключить договор найма на служебное жилье.

— Спросили, почему служебное, — никакого внятного ответа, — говорит женщина.

Елена Михайловна пока осторожно отказывается заключать такой договор.

Дочь, Ольга, грустно объясняет:

— Ну нет финансовой возможности за год собрать эти деньги. Вроде бы не нищие, обычные люди, с обычными доходами, но за год собрать 150 миллионов не можем. Бумага о последней оценке уже не действительна. Нужно делать новую оценку, а она будет еще выше… Плюс нужно делать ремонт — а это ведь не обои поклеить, это крышу перекрыть, потолки менять, стены укреплять, тоже немалые деньги, даже если своими силами все делать. Хотя, если мы сможем доказать, что правильная первоначальная цена та, что в документах БТИ, то не нужна бы была нам и их рассрочка. И не возмущались бы мы, если бы эта эпопея началась в 2010 году, при их новых локальных актах. А так они специально дотянули до изменений.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

…Не знаю, нужен ли мне этот дом, заниматься им, вот и разваливается постепенно. Мы пока ничего не можем здесь делать, и они ничего не делают. А дому 34 года, и учитывая его «качество»…Как муж выражается: «В вашей квартире только в шлеме ходить.» Но мама ведь тут живет, и не заниматься тоже не получается, — устало вздыхает Ольга.

REALTY.TUT.BY попросил юриста ОАО «Агрокомбинат «Дзержинский» прокомментировать ситуацию. И получили внятное объяснение ситуации с точки зрения предприятия.

— Уже в пору нам обращаться на TUT.BY. С 2010 года Крылович прошла уже все инстанции с жалобами на нас. С 2010 года человеку предлагают выкупить жилье в собственность. Условия выкупа для всех едины — их применили совершенно ко всем, кто хотел выкупить жилье. У нас за этот период с 2010 по 2015 год четвертый раз поменялся наблюдательный совет. Мы согласились практически со всеми ее условиями. Она захотела делать оценку у своего оценщика — пожалуйста. Но оценка каждый год только увеличивается. 12 октября состоялось очередное слушание в суде. Кроме нас, в качестве ответчика она привлекла областной и Дзержинский районный исполнительные комитеты.

— Крылович просит рассрочку.

— И на каких основаниях ее можно предоставить? У нас все равны — для всех рассрочка на один календарный год. Или скидку, которую она просит, до 30% - на основании чего?

— Это должно быть решение наблюдательного совета — в порядке исключения.

— А почему ее случай — исключительный? Или на нее распространяются некие особые правовые акты? Почему для гражданки Крылович мы должны создавать прецедент, по которому потом будем вынуждены рассматривать вал подобных обращений? И на основании чего мы им потом будем отказывать другим?

— У человека два миллиона пенсии…

— Так зачем она пытается выкупать — ее что, выселяет кто-то из этого дома? Нет! Ее кто-то принуждает менять жилье на худшее? Нет. Когда она первый раз обратилась за оценкой, стоимость дома была 57 миллионов, сейчас — 156. И оценочная стоимость будет постоянно расти, потому что Заболотье находится недалеко от Минска — и близость Минска влияет на оценочную стоимость этого жилого помещения. Мы считаем, что она с 2010-го сама волокитит процесс. Обратилась во все инстанции. Все инстанции ответили одно и то же. Мы не можем ничего сделать. Все устали от этого процесса.

— Получается безвыходная ситуация?

— Ситуация для всех утомительная. У нее есть дети. Это жилье в конце концов достанется ее детям. Почему бы им не помочь матери? Повторюсь еще раз: мы не отказываемся продавать, но не можем применить для нее какие-то исключения. Агрокомбинат находится в 15 километрах от Минска — у нас поток желающих выкупить жилые помещения. Работники обращаются за выкупом жилья, выкупают его и меняют работу. Наши филиалы могут остаться без работников — они едут в Минск, потому что там выше зарплаты. И если дать 10-летнюю рассрочку Крылович, то ее потребуют все. До 10 граждан в месяц к нам обращается ежемесячно за выкупом жилого помещения. Там суммы доходят до 500−600 миллионов. Вот что мы можем сделать в этой ситуации? Соседка Крылович уже выкупила свое помещение, а Крылович продолжает обращаться во все инстанции.

Дело все еще в суде. 5 ноября будет очередное заседание.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY


Другие новости