108 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. BYPOL выпустил отчет о применении оружия силовиками. Изучили его и рассказываем основное
  2. На ЧМ эту биатлонистку хейтили и отправляли домой, а вчера она затащила белорусок на пьедестал
  3. «Если вернуться, я бы ее не отговаривал от «Весны». Разговор с мужем волонтера Рабковой. Ей грозит 12 лет тюрьмы
  4. Россия анонсировала в марте совместные с Беларусью учения. В том числе — под Осиповичами
  5. «Прошло минут 30, и началось маски-шоу». Задержанные на студенческом мероприятии о том, как это было
  6. Стачка — за разрыв договора, профсоюзы — против. Что сейчас происходит вокруг «Беларуськалия» и Yara
  7. «Молодежь берет упаковками». Покупатели и продавцы — о букетах с тюльпанами к 8 Марта
  8. Минздрав сообщил свежую статистику по коронавирусу в стране
  9. «Ушло вдвое больше дров». Дорого ли выращивать тюльпаны и как к 8 марта изменились цены на цветы
  10. «Кошмар любого организатора». Большой фестиваль современного искусства отменили за сутки до начала
  11. «Танцуем, а мое лицо прямо напротив ее груди». История семьи, где жена выше мужа (намного!)
  12. «Можно понять масштаб бедствия». Гендиректор «Белавиа» — про новые и старые направления и цены на билеты
  13. Я живу в Абрамово. Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать
  14. Суды над студентами и «Я — политзаключенная». Что происходило в Беларуси и за ее пределами 7 марта
  15. Как заботиться о сердце после ковида и сколько фруктов нужно в день? Все про здоровье за неделю
  16. Еще 68,9 млн долларов. Минфин в феврале продолжил наращивать внутренний валютный долг
  17. Что критики пишут о фильме про белорусский протест, показанном на кинофестивале в Берлине?
  18. Где поесть утром? Фудблогеры советуют самые красивые завтраки в городе
  19. «Очень сожалею, что я тренируюсь не на «Аисте». Посмотрели, на каких велосипедах ездит семья Лукашенко
  20. Динаре Алимбековой не хватило секунды, чтобы выиграть медаль в спринте на КМ по биатлону
  21. На воскресенье объявлен оранжевый уровень опасности
  22. Стильно и минималистично. В ЦУМе появились необычные витрины из декоративных панелей
  23. «Хлеба купить не могу». Работники колхоза говорят, что они еще не получили зарплату за декабрь
  24. Изучаем весенний автоконфискат. Ищем посвежее, получше и сравниваем с ценами на рынке
  25. Кто стоит за BYPOL — инициативой, которая публикует громкие расследования и телефонные сливы
  26. Минздрав опубликовал свежую статистику по коронавирусу: снова 9 умерших
  27. Оловянное войско. Как учитель из Гродно преподает школьникам историю с солдатиками и солидами
  28. На 1000 мужчин приходится 1163 женщины. Что о белорусках рассказали в Белстате
  29. Госконтроль заинтересовался банками: не навязывают ли допуслуги, хватает ли банкоматов, нет ли очередей
  30. Минское «Динамо» в третий раз проиграло питерскому СКА в Кубке Гагарина


Немногочисленные оставшиеся жители деревни Журавлевка Гомельского района вскоре могут остаться без жилья. Приватизация старых служебных домов, где они прожили уже почти 30 лет, им не по карману.



Журавлевка расположена примерно в 40 км на юг от Гомеля. Места тут живописные и почти самые чистые в регионе, который сильно пострадал после Чернобыля, но деревня умирает.

Это понятно каждому, кто попадает в Журавлевку. Деревня делится на две части - старую, с традиционными хатками, в которых только кое-где еще теплится жизнь, и новую - здесь около тридцати лет назад Гомельский радиозавод построил 24 дома для работников своего подсобного хозяйства.

Но сегодня новая часть деревни выглядит столь же мрачно как и старая. Если бы не редкие местные жители, можно было бы принять Журавлевку за покинутую в радиоционной зоне деревню - пустующие дома, заброшенный клуб, медпункт с выбитыми окнами, разрушенная баня, одинокая труба бывшей газовой котельной.

Раньше в деревне была животноводческая ферма и свинокомплекс с большой хозяйственной инфраструктурой. Но в начале 2000-х радиозавод от подсобного хозяйства отказался. Ферму и свинокомплекс закрыли, что можно было продать - продали. Многие работники тогда уехали из Журавлевки, до сегодняшнего дня осталось шесть семей.



Сегодня перед последними жителями деревни, работавшими в здешнем подсобном сельском хозяйстве Гомельского радиозавода, остро встала проблема приватизации жилья, принадлежащего заводу.

Хоть землянки в лесу копай, говорят журавлевцы, потому что за приватизацию старых домов требует сейчас от 138 до 193 млн рублей. А зарабатывают жители деревни хорошо если по 1,5-2 миллиона.

- Мой дом оценили почти в 140 миллионов. Эта цена для меня неподъемная. Зарплата сейчас у меня 1 млн 200 тысяч. Как я могу собрать радиозаводу за год первоначальный взнос в 14 миллионов? И за что такие цены? - рассказывает местная жительница Валентина Пономарева. - Хоть бы начальники приехали и посмотрели. Так это мы еще каждый год красим, обои клеим, все дырки замазываем, чтобы тепло меньше выдувало.

Бывшая свинарка, а сейчас социальный работник по уходу за нуждающимися в опеке сельчанами Елена Котлярова, удивляется, откуда вообще взялись такие заоблачные суммы, так как в 2011 году, когда только возник вопрос о необходимости приватизации служебного жилья, назывались совсем другие цифры - от 8 до 15 млн рублей за дом.



Дом Валентины Пономаревой, как и остальные дома в новой части деревни, был построен в 1986 году.

- Все рамы погнили, пол тоже. Радиаторы отпления ржавчиной забиты. Все надо менять за свой счет. Счетчики на воду поставили, канализацию откачиваем сами. Дрова покупаем сами. Газовые баллоны - по 90 тысяч.

Куда только не писали о своей беде жители Журавлевки, кого только не просили, чтобы провели оценку их домов по справедливости.

- В администрацию Советского района Гомеля, на территории которого находится радиозавод, писали. В облисполком писали, в горисполком. А сейчас мы направили все наши жалобы в Администрацию президента. Ответ из Минска еще не пришел, - говорит Елена Котлярова.

Дом 75-летней Тамары Клемзиковой, давно требующий основательного ремонта, оценили в 193 млн рублей, а старушке посоветовали взять кредит.

- Я такой кредит и на том свете не выплачу, - грустно шутит жительница Журавлевки.

На Гомельском радиозаводе говорят, что оценку домов проводило Гомельское агентство по государственной регистрации и земельном кадастру, оценка прошла экспертизу. Однако радиозавод готов каждый случай рассматривать индивидуально.

Но журавлевцы не очень-то верят, что государственные органы поймут их проблемы и пойдут им навстречу:

- Ходим, ходим - замкнутый круг. Были тут две недели назад представители завода. Сказали, что будут немного уменьшать стоимость домов. Но что это за "немного" - на каких миллионов 10 уменьшат. Но это ничего не меняет.

- Нам некуда идти, - говорят оставшиеся жители Журавлевки. - Только если в лес - строить шалаши и рыть землянки.
-50%
-10%
-40%
-10%
-10%
-10%
-20%
-20%
-40%
-20%
-80%
реклама